Горькое лекарство

3 февраля 2012 г., в чеченской республиканской газете «Вести республики» была опубликована статья Т. Нахчиева «О провокационной деятельности организованной пишущей группировки (ОПГ) «Кодзоев и К». В общенациональной газете Республики Ингушетия «Сердало» 12.03.12 г. был напечатан внушительный по объему «ответ» сотрудников Ингушского НИИ гуманитарных наук им. Ч. Ахриева во главе с его директором И.А. Дахкильговым. Редакция дала ему залихватский заголовок «Истерия и наука несовместимы».

Весьма польщенный таким вниманием к скромной публикации своего фельетона со стороны целого научно-исследовательского института, Т. Нахчиев решил продолжить полемику с людьми, которые взяли на себя смелость назваться ингушскими «учеными».

Прежде всего, к сведению авторов статьи и редакции газеты «Сердало», не могу не заметить, что «истерия» – это заболевание. Если кто-то и пишет «истерия и наука несовместимы», он с таким же успехом может начертать: «бронхит и наука несовместимы». После чего автоматом получит тот же диагноз, что бравый солдат Швейк на врачебной комиссии.

Естественно, проявление болезни истерии – «истерику» (как симптом) мы усматриваем в новой выходке ОПГ «Кодзоев и К» – публикации в общенациональной газете «Сердало» безграмотного, неудобочитаемого опуса «Ответ на статью…». Фактически получен истерический «Ответ…», типологически близкий к воплю преступника, схваченного за руку на месте преступления. Тем не менее он был немедленно растиражирован в нескольких сайтах Интернета (см.: galga.ru›news/2012-03-12-1714;magas.su›…otvet-statyuprovokatsionnoi…opg…, и др.).

Однако, пользуясь случаем передаю самый сердечный привет моим коллегам по перу из журналистского цеха Ингушетии, а также ученым из дахкильговского института. «Дала аьтто бойла вайн дикачу х1уман т1ехь! Нохчийн, г1алг1айн къаьмнийн барт бохош волу стаг Дала холча х1оттавойла!»

А теперь, ниже, постараемся разобраться с содержанием «Ответа…» и заодно постараемся указать – где у наших оппонентов просто истерика, а где истерическая ложь! Предварительно приведем одно интересное определение: «Причиной истерики может стать противоречие между желанием чего-либо и невозможностью его удовлетворить. Особенно ярко это проявляется у маленьких детей. Ведь в раннем возрасте они еще не умеют управлять своими желаниями». Кажется, определение это в точку.

В отличие от наших «благоразумных» коллег по журналистскому цеху, а также авторов «Ответа…», разрывающихся «между желанием чего-либо и невозможностью его удовлетворить», мы приводим текст Ингушского НИИ гуманитарных исследований полностью (выделено курсивом), перемежая его нашими комментариями.

В республиканской газете Чечни «Вести республики» от 03.02.12 г. появилась т. н. «рецензия» на вышедший в мае 2011 г. труд отдела истории Ингушского научно-исследовательского института гуманитарных наук им. Ч. Ахриева – «История Ингушетии». В самом названии статьи «рецензента» «Т. Нахчиева» – «О провокационной деятельности организованной пишущей группировки (ОПГ) «Кодзоев и К», уже заложен механизм оскорбления авторского коллектива, который раскрывается на полную мощь уже с первых строк статьи. В газете сообщается, что в распоряжении редакции оказались рецензии и отклики профессиональных и непрофессиональных историков Чечни на «Историю Ингушетии». В связи с этим напрашивается вопрос к редактору данной газеты: к какой части историков (профессиональной или непрофессиональной) относится автор данной статьи, который прикрывается псевдонимом «Т. Нахчиев»?

В отличие от наших «оппонентов», мы не собираемся прятаться за ширмой «любителей истории» и рядиться в образ таинственного «эксперта» вроде «Т. Нахчиева». Уж если дискутировать, то дискутировать открыто. Видит Бог, мы не хотели поднимать подобные темы на страницах печати, поэтому и не отреагировали на первую статью в газете «Вести республики», тем более что автором ее является не профессионал, а ангажированный любитель, однако за ней последовала вторая, и, надо полагать, не последняя: судя по всему, маховик кампании, направленной на дискредитацию «Истории Ингушетии» и Ингушского НИИ гуманитарных наук им. Ч. Ахриева, продолжает набирать обороты. И отмалчиваться в данной ситуации было бы просто бессмысленно.

Какая «рецензия», и чем вас так перепугал «таинственный» Т.Нахчиев? В чем вообще дело-то? Вынуждены повторить наш вопрос, приведенный в прежней статье, но в другой вариации: «Дитя мое, ты, часом, умом уже повредилось?» А если говорить серьезно, то историки, писатели, журналисты и общественные деятели Чечни уже давно (начиная с 2000-х годов) и приватно, и публично обращали внимание на странные с точки зрения науки, здравого смысла и менталитета горских народов публикации и выступления в узкой части ингушской, условно говоря, историографии и публицистики. Однако негативные процессы только усиливались и привели к вызывающей по содержанию публикации школьного (!?) учебника «История ингушского народа» и к известным публикациям (с переизданиями!), извините за выражение, Идриса Абадиева (где редактором выступает Н.Кодзоев), а затем и альтернативно-скандальной, но официальной «Истории Ингушетии» ОПГ «Кодзоев и К».

Пусть их взгляды разделяет 10-20 крикунов на целую Ингушетию, это не страшно. Плохо, когда подобные вещи начинают творить государственные учреждения за наш с вами счет и в плановом порядке, да еще в общенациональном масштабе. Естественно, научные доводы на подобных людей, весьма далеких от науки, не действуют. Поэтому, господа хорошие, мы и написали всего-то фельетон, а научная рецензия уже была ранее и будет еще позже. Ждите!

Но, как мы видим, наш фельетон достиг своей цели быстрее и оказался сильнее, чем рецензия. Ведь в рецензии разбираются взгляды, а героями фельетона стали авторы с фамилиями. ОПГ «Кодзоев и К» впала в истерику именно потому, что задели лично их, а то, что раньше критиковали «Историю Ингушетии», им было до лампочки. А «мы» – Т. Нахчиев – это «группа» из двух читателей вашей своеобразной «Истории…», подарившей нам немало веселых и, одновременно, грустных минут. Да, мы не историки, но у нас еще есть шанс ими стать. А вот вы, господа, в том числе и «и др.», поверьте нам, никогда уже историками не станете.

Вернемся к коллективному Т. Нахчиеву. Вам нужны фамилии? Пожалуйста – Т. Надуев и Х. Чихаев. Один – историк, другой – филолог и, честно сказать, опыта у нас еще маловато. Публикуемся то там, то здесь, чаще в Интернете и под ником. То, что мы узнали о вас и вашей «Истории…» нам показалось любопытным для написания статьи непременно в жанре фельетона. Подключили ребят в Москве, чтобы иметь материалы из РГПБ, например труды того же Н.Ф Яковлева или Н.А. Генко. Сочтете нас «ангажированными любителями», мы не будем в претензии, но заодно расскажите читателям, кем и чем мы ангажированы, в отличие от вас – профессиональных любителей лжеистории.

Еще раз русским языком вам объясняем, что все отклики, пришедшие в редакцию газеты «Вести республики» по поводу вашей «Истории…», как от профессиональных, так и непрофессиональных историков мы посмотрели. Но их не опубликуешь в газете. Здесь нужна целая книга. Но не реагировать на столь явные прорехи «исторического нарратива(!?)» в «Истории Ингушетии» также было невозможно. И, видит Аллах, что мы, не являясь даже сотрудниками редакции, желая избежать кампанейщины, ограничились написанием несложного фельетона, памятуя о том, что смех – могучее оружие против косности и невежества. Как говорится, по мощам и елей!

Употребляемая лексика, оскорбительный тон и грубая фальсификация многих фактов из «Истории Ингушетии», содержащиеся в упомянутой статье, вынуждают нас ответить, говоря словами анонима, на данный «опус», потому что слишком серьезные вопросы вынесены на всеобщее обсуждение – дружба и братство наших народов.

Столь резко отрицательное восприятие исторического нарратива, как и преувеличение социальной «опасности» данного издания, свидетельствует о том, что самозваные «критики» в лице «Т. Нахчиева» и иже с ним, сделавшие невольную рекламу нашему скромному научному труду, по достоинству оценили его сильные стороны, а потому и не смогли промолчать.

Надо отметить, что вся статья буквально пестрит такими выражениями, как: «псевдонаучный блеф», «псевдоисторический труд», «откровенные провокаторы», «лингвистико-жульнические курбеты», «бред авторов» и т.д. Спрашивается, где научная этика дискуссии (где традиционный эздел)?

Ах, какие наши оппоненты щирые патриоты. Как только наши герои фельетона получили по портрету, так сразу заголосили что-то о «дружбе и братстве». И как, если не «жульническим курбетом», можно назвать вашу пустую фразеологию, типа: «самозваные «критики» в лице «Т. Нахчиева» и иже с ним, сделавшие невольную рекламу нашему скромному научному труду, по достоинству оценили его сильные стороны, а потому и не смогли промолчать…». Вы же, «и др.» так и не нашли сколь-нибудь весомого опровержения перечисленным нашим «выражениям», если не считать апелляции к «эздел». Эздел вашей ОПГ «Кодзоев и К», как полагаем, находится в книге «Эздел. Формула земной и вечной жизни» некоего Идриса Абадиева. Кстати, не эта ли книга явилась первоисточником всей вашей «концепции» и «нарратива»? Что же вы не поблагодарили своего духовного наставника? Поскромничали?

«Критик» «Т. Нахчиев» до предела возмущен тем «преступлением», что под напутственным словом Ю-Б.Б. Евкурова стоит подпись «Президент Республики Ингушетия», хотя с 1 января 2011 г. руководитель Республики Ингушетия официально именуется «Глава Республики Ингушетия». Ну, спрашивается, какой тут криминал? Между тем, на 470 странице «Истории Ингушетии», где помещена фотография Ю-Б.Б. Евкурова, черным по белому указано, что с 2011 г. должность руководителя Республики Ингушетия именуется «Глава Республики Ингушетия». Напутственное слово Ю-Б.Б. Евкурова поступило в институт из администрации президента на официальном бланке еще в конце 2010 г. Редакция, естественно, не стала вносить никаких корректив, тем более, что между этими надписями нет никакой существенной разницы: всем и так понятно, что Ю-Б.Б. Евкуров – это руководитель Республики Ингушетия, независимо от того, как именуется его должность. Разве так важно, что именно в этот момент, когда вышла книга, он уже был «Главой», а не «Президентом»? К слову сказать, в народе его должность до сих пор именуют «Президентом» – к новым наименованиям не так быстро привыкают.

Между прочим, авторы из ОПГ «Кодзоев и К» – госслужащие, а задают странные вопросы, да еще оправдываются, ну, совсем, как дети. Так что делать нам – читателям, вначале первую страницу читать о Ю.-Б.Б. Евкурове, как о президенте, а затем переходить на стр.470, где он – «Глава Республики». Может вы запишете свое объяснение в качестве аудиозаписи и приложите DVD к «Истории…». А может, все-таки, лучше было в Конституцию РИ пару раз заглянуть.

Начав «анализ» «Введения», Т. Нахчиев уже предстает в образе «знатока» географии и обращает особое внимание читателя на якобы полное незнание авторами географии Северного Кавказа и, в частности, на то, что они «не знают, где оная Ингушетия имеет место находиться и с кем она граничит». Так вот, специально для «географа» поясняем, что в тексте речь идет о географическом понятии Ингушетия, а не о ее принятых на сегодняшний день условных административно-территориальных границах, которые, как известно, претерпевали разные изменения и еще окончательно не определены в силу не менее известных политических обстоятельств, и упрек в незнании географии, тем более когда речь идет о западных границах Ингушетии, к которым «знаток географии» из Грозного не имеет никакого отношения, надо рассматривать как проявление тех самых «братской любви и привязанности», основанных на хорошем знании «болевых точек» ингушского народа.

Нет уж, давайте называть вещи своими именами, что вы там про себя, в тряпочку, имели в виду, нас не касается. Нам важно, что мы в настоящий момент читаем несусветную глупость. Даже если западные и восточные, кстати, границы республики будут восстановлены в известном вам и нам формате 1934 г., то и в этом случае Ингушетия не попадает в Центральную часть Кавказа. И бить на жалость не надо, география есть география.

Теперь, что касается проявлений братской любви и привязанности. Она, слава Аллаху, есть, была и будет, пока будут существовать два наших народа. Но у вас-то – организация по другой части, больше по разжиганию ненависти между двумя народами.

Поэтому, не будем специально останавливаться на «доказательствах» очевидного, лишь приведем две цитаты «по поводу». Автор первой из них – известный археолог Е.И. Крупнов, который в своем фундаментальном труде «Средневековая Ингушетия» (М., 1971) отмечает: «…простирается Ингушетия с севера на юг в центральной части Северного Кавказа. На севере она граничит с Кабардино-Балкарской АССР, на юге Кавказский хребет отделяет ее от Грузинской ССР, на западе Ингушетия соприкасается по р. Терек с Северо-Осетинской АССР, наконец, с востока по р. Фортанге к ней примыкают районы, населенные чеченцами» (С. 11). Это исторические границы Ингушетии, которые существовали до депортации ингушей и чеченцев в 1944 г. И современный узкий «Моздокский коридор» («наследие сталинских реформ») не является препятствием для тесных географических, социально-экономических и культурных связей Ингушетии с Кабардино-Балкарией, с народами которой ингуши на протяжении столетий соседствуют, дружат и роднятся. Однако мы можем привести и современную цитату, принадлежащую бывшему президенту Республики Ингушетия, доктору философских наук, генерал-лейтенанту М.М. Зязикову, кстати, признанному указанным «Т. Нахчиевым» положительным автором, раскрывающим «подлинную культуру ингушского народа», в отличие от «провокаторов – авторов «Истории Ингушетии». Так вот, М.М. Зязиков пишет: «Ингушетия – удивительно красивый край, расположенный в центральной части северных склонов предгорья Большого Кавказского хребта. На севере и западе Республика Ингушетия соседствует с Республикой Северная Осетия – Алания, Кабардино-Балкарской Республикой, на востоке – с Чеченской Республикой, на юге Главного Кавказского хребта граница проходит с Грузией». (Традиционная культура ингушей: история и современность. Ростов-на-Дону, 2004. С. 34). Трудно не согласиться с авторитетным и осведомленным автором.

Ей-богу, не знаем – смеяться нам или плакать? И эти люди упрекают нас в том, что предыдущая наша «вся статья буквально пестрит такими выражениями, как: «псевдонаучный блеф», «псевдоисторический труд», «откровенные провокаторы», «лингвистико-жульнические курбеты», «бред авторов» и т.д.». Вот вы привели нам две цитаты (Крупнов Е.И., Зязиков М.М), так поясните – они каким-то образом изменили существующее географическое положение современной Ингушетии? Оно что – меняется в соответствии с теми или иными цитатами? Может, все-таки есть какие-то научные критерии? Что же касается исторических границ, чья бы корова мычала…

Вы, в укор нам, приводите «свидетельство» даже неугодного вам экс-президента М.Зязикова. Так ведь такие, как вы, и «подставили» его, в конечном счете. А разве не из вашей компании происходят горе-историки, подставившие другого экс-президента, Р.Аушева, с названием аланской столицы «Магас»? А кто у нас перелицевал родовое знамя князей Мударовых (бывших владетелей сами знаете чего и кого) в государственный флаг Ингушетии? В этом, конечно, есть особый стеб.

Уже на слуху, что историки Ингушского НИИ гуманитарных наук предлагают отметить юбилейную дату – 200-летие основания Назрани чеченцами и кабардинцами во главе с Мухаммад-Хаджи на своих исторических землях и первоначальное принятие ислама плоскостными галгаями. Зачем нужны Ингушетии враги, когда есть ОПГ «Кодзоев и К»?

На странице 135 «Истории Ингушетии» приведена фотография средневекового ингушского воина. «Т. Нахчиев» пишет, что это иллюстрация из книги Я. Ахмадова, в которой она подписана как «Чеченец в панцирном вооружении». Последний якобы приобрел ее у ингушского археолога Д. Чахкиева. Нам предоставил эту фотографию краевед-архивист Б. Д. Газиков. Она хранится в Государственном музее Грузии в альбоме Ермакова. На фотографии была подпись «Кистин». Я. Ахмадов заменил подпись по своему усмотрению. Нами вместо слова «кистин» поставлено слово «ингуш», т. к. в грузинских и во многих российских источниках этот этноним традиционно соотносят с ингушами.

А с какого испуга родилось: «якобы приобрел». Неужели с дуба кто-нибудь из вас упал? Оружиевед Д. Чахкиев правильно атрибутировал упомянутое фото по той еще причине, что Ермаков снимал его для одного из своих альбомов, посвященных типам жителей Грузии. А «кистинами» Грузии были жители Панкисского ущелья Кахетии и верховьев Аргуна (в частности, мялхинцы, входившие тогда в Тионетский уезд Тифлисской губернии), являвшиеся этническими чеченцами. Если быть точным, это фото чеченца из Панкиси (они заселили ущелье минимум в ХVШ –40-х гг. Х1Х в.) еще и потому, что на нем панцирь грузинского, а не вайнахского типа, не говоря уже об оружии. Чеченцы и ингуши Терской области имели другой тип кольчуги и оружия. Но авторы статьи – самые умные и самые крутые, как они напишут, то и будет правдой!

«Критик» нас также упрекает в том, что мы приписали художнику Джапаридзе У.М. картину под названием «Комендант Кизляра Фрауендорф награждает ингушских делегатов». Здесь уже «Т. Нахчиев» выступает как искусствовед и заявляет, что Джапаридзе «ничего подобного в своей жизни не писал». Фотография картины Джапаридзе У.М. именно под приведенным названием хранится в Государственном объединенном краеведческом музее г. Ставрополя им. Г.Н. Прозрителева и Г. К. Праве. Картина же писалась художником в 20-х гг. ХХ в. Предлагаем «критику» все свои вопросы, связанные с данной картиной, адресовать сотрудникам этого музея.

Если бы в вашей так называемой «Истории…» репродукция была аннотирована подобным образом, с соответствующей ссылкой, мы так бы и поступили, т.е. адресовали бы претензии к музею. Но, извините, ваш очередной курбет опять закончился шумным падением в лужу. После выхода «Ответа…», пытаясь найти вам хоть какое-то оправдание, мы обратились в Ставропольский государственный историко-культурный музей имени Г.Н. Прозрителева и Г.К. Праве с соответствующей просьбой и получили разъяснение, что ничего подобного ни в экспозиции, ни в хранилище у них нет. И это понятно, ибо не надо быть искусствоведом, чтобы видеть, что эту картину не писала рука Учи Малакиевича, а уж, тем более, в годы его юношества. Художник родился в 1906 году. Поэтому, будьте добры, объяснитесь с читателем.

К списку подобных «несуразностей» авторов «Истории Ингушетии» «критик» добавил подпись под картиной художника XIX в.

А.Н. Грузинского «Переселение горцев». Как считает наш «критик-искусствовед», она имеет другое название: «Оставление горцами аула при приближении русских войск». Как нам известно, эта картина имеет два названия: «Оставление горцами аула при приближении русских войск» и «Переселение горцев». Именно под вторым названием картина вывозилась на выставку в Вену. Писалась она в 1865-1872 гг., когда происходило переселение горцев в Турцию. Под этим названием – «Переселение горцев в Турцию» – и была помещена иллюстрация этой картины в «Истории Ингушетии». Также под этим названием эта иллюстрация была опубликована ранее в книге историка М.М. Базоркина «История происхождения ингушей» (Нальчик, 2002), в разделе, посвященном выселению горцев в Турцию.

Уважаемые «искусствоведы-историки», если не уважаете себя, то уважайте хотя бы своих читателей!

А теперь о картине П.Н. Грузинского, имеющей единственное название – «Оставление горцами аулов при приближении русских войск». Она была начата в 1865 г. и представлена автором, под этим самым названием, в Академию художеств в 1872 г., за что мастер получил звание академика. И, внимание! Именно под авторским названием художник отправил ее на выставку в Вену в 1873 г. И никогда П.Н. Грузинский не менял ее названия. А то, что кто-то, самочинно, изменил авторское название картины (в газетах ее порой называли «Переселение горцев Кавказа») то это другая история, которая к нашему с вами вопросу не имеет никакого отношения.

Возмущение «Т. Нахчиева» вызвала подпись к изображению фигуры бронзового орла из башенного поселения Аьрзи (наименование которого в переводе на русский язык также означает «орел»), приведенному на с. 93 «Истории Ингушетии». Взбудораженный непонятно чем, «Т. Нахчиев» предстает уже в новом образе – «эксперта-орнитолога», и самым оскорбительным слогом начинает объяснять авторам, что “орел из Аьрзи”, изображение которого вынесено на обложку книги, вовсе не орел, а бронзовая фигура ястреба, мол «это мог бы объяснить маститым авторам любой ингушский мальчишка». Более того, и его изготовление относится, оказывается, не к 105 г. хиджры, как указано авторами «Истории Ингушетии» на с. 93, а, «согласно мнению специалистов Эрмитажа (где хранится артефакт) – к 189 г. хиджры».

Нетрудно догадаться, где наш «орнитолог», «разгадавший ястребиную сущность» ингушского орла, откопал данную дату (189 г. х.). Он ее, судя по всему, нашел в Интернете http://www.hermitagemuseum.org/html_ru/03/hm3_5_5b.html. Кстати, на странице, приведенной в этой ссылке, бронзовая фигура названа «орлом», а не «ястребом». В коллекции «Культура и искусство народов Востока» Эрмитажа, в которой представлена эта бронзовая фигура, она также именуется «орлом». Чах Ахриев, впервые сообщивший о ней в 1875 г., также называет указанную фигуру «орлом» (Ахриев Ч. Ингуши. Их предания, верования и поверья // ССКГ. Вып. VIII, отд. 1. Тифлис, 1875. С. 1). И во всех исследованиях она именуется именно так.

Приведенную же в «Истории Ингушетии» ссылку, по поводу датировки и названия бронзовой фигуры, «Т. Нахчиев» не удосужился посмотреть. Арабский текст на туловище орла, в котором приведена дата 105 г. х., переведен на русский язык одним из ведущих востоковедов Советского Союза М.М. Дьяконовым, который, кстати, эту фигуру также называет «орлом». (Дьяконов М.М. Арабская надпись на бронзовом орле из собрания Государственного Эрмитажа // Эпиграфика Востока. IV. М.-Л., 1951. С. 25). Со времени публикации статьи М.М. Дьяконова (в 1951 г.) не опроверг его, не предложил другой перевод надписи. Может быть, «Т. Нахчиев» возьмется за это дело? А заодно также докажет (не пустословием, а аргументами), что это действительно ястреб, а не орел? И, по сути, что изменится, если этого орла назвать «ястребом»? Почему именно это так заело нашего «критика»? Надо полагать, что тут какой-то особенный подтекст… Ну, что же, оставим это на совести «нахчиевых».

Честно говоря, нам многое непонятно в приведенной выше эскападе. Что же такое важное мы затронули? С чего бы такая истерика, крик, слезы? Вот, смотрите, что мы написали в своем первом фельетоне: «Кстати, орел из Арзи», вынесенный на обложку книги, не орел, а бронзовая фигура ястреба (это мог бы объяснить маститым авторам любой ингушский мальчишка). И его изготовление относится не к 105 г. хиджры, как нас уверяют историки на стр.93, а, согласно мнению специалистов Эрмитажа (где хранится артефакт), к 189 г. хиджры». Все.

На этого «орла» мы и внимания не обратили бы, если бы этот образец восточной пластики VШ в. из Ирака не был бы помещен на обложку «Истории Ингушетии». Своим замечанием мы хотели указать на широко известное обстоятельство, что если на заборе написано крупными буквами что-то, это не всегда соответствует истине. Мы понимаем, что нашим авторам разницы нет – орел или ястреб, лошадь или осел, 105 г.х. или 189 г.х. Раз написано на заборе, так оно и есть. Никаких сомнений!

Спасибо вам за ценное методическое указание, господа профессионалы из отдела истории Ингушского НИИ гуманитарных наук им. Ч. Ахриева! Век будем помнить вашу науку.

«Критик Т. Нахчиев» затрагивает в статье вопрос кобанской культуры, выхватывая отрывок из «Введения». Прочитал бы параграф 4 главы 1 о племенах кобанской культуры. Там же имеются и ссылки. И не было бы никаких вопросов.

Увы, прочитали мы и «Введение», и параграф 4 из главы 1. И этого наказания мы вам не простим. Количество вопросов только увеличилось. Но вам их зададут более подготовленные лица.

Что же касается ингушского нартского эпоса, то где и в каком сказании «критик» обнаружил осетинский термин «ахсартагат» (означающий в переводе «храбрейший»)? В ингушском обществе в Санибанском ущелье находится древний ингушский храм Саниба-Ерда. Там же находятся древние склепы, которые современные, уже осетинские насельники ущелья называют «нартскими» или «ингушскими». Не случайно Чах Ахриев, первый записавший ингушские нартские сказания, разделяет нартов, живших в «Галгайском ущелье» и в Санибе, и орстхойцев (орштхойцев), живших у «реки Фортона». (См. Ахриев Ч. Несколько слов о героях в ингушских сказаниях // ССКГ. Вып. IV. Отд. II. Тифлис, 1870. С. 1-33; Его же: Ингуши. Их предания, верования и поверья // ССКГ. Вып. VIII. Отд. 1. С. 1-40). Чах Ахриев также отмечает, что местом действий, как орстхойцев, так и нартов, является Галгаевское ущелье и Санаби (Саниба). (См. Ахриев Ч. «Несколько слов о героях в ингушских сказаниях»).

Что-то наши оппоненты ушли от темы. С какой стати некогда нахское общество в Санибском ущелье стало вдруг ингушским? А когда сформировались ингуши как народ? Только без фантазий: с указанием, из каких обществ, аулов и кто конкретно? Если что-то подзабыли, можем и напомнить. А кто такие нарт-ахсартагат/эрхустой/орстхой? Почему у нахских героев такая странная ономастика? Сюда не надо примешивать реальных арштхойцев/орстхойцев – «чеченское племя карабулаков», сложившихся не ранее конца ХVП (арштинцы, бальсунцы, карабулаки) и второй половины ХVШ в. (плоскостные карабулаки) из конкретных галанчожских фамилий, как говорится с адресами и именами. Это вопросы, кстати, ко всем исследователям северокавказского нартского эпоса, а не только к дахкильговым и иже с ними, вдруг позабывшим, что нарт-орстхойский эпос иначе, как эпосом вайнахов, до последнего времени не называли.

Однако наши оппоненты угодили в странную компанию – вопросами, как мы понимаем к Т.Нахчиеву, задается целый д.ф.н., профессор И.А.Дахкильгов. Тот самый, которого злые языки тщетно обвиняют в продолжающейся уже много лет краже фольклорных произведений чеченцев. Говорят даже, что в пылу увлечения он переводил на народный ингушский «штиль» стихи конкретных авторов и объявлял их фольклорными. Например, тексты, написанные гекзаметром. А может, это тот И.А.Дахкильгов, о котором благороднейший Халид Ошаев в свое время был вынужден сказать, что для И.А. «этика работника науки – ничто».

Особую агрессивность вызывает у «Т. Нахчиева» термин «древнеингушские племена». «Между тем, – отмечает «критик», – авторы I тома «Истории Чечни с древнейших времен до наших дней» (Грозный, 2006) в своих текстах вплоть до XV в. преимущественно использовали этнонимы «нахи» и «вайнахи», а не «чеченцы» и т.д. В этом отрывке ключевое слово «преимущественно». Да, действительно, авторы «Истории Чечни» очень часто используют термины «нахи» и «вайнахи», но так ловко, чтобы всем было ясно, что речь идет именно о чеченцах. Приведем лишь один пример из «Истории Чечни». Авторы пишут (без всякой аргументации, не приводя ни одного доказательства, ни одной ссылки на документы или исследования), что «на всей территории древней Чечни формируется общность народа, состоящая из двух союзов племен. Первый союз известен (кому известен? – Авт.) под названием «ламчуьра нах» (горные нахи, горцы). Эти племена жили в верховьях Терека, Кистинки, Армхи, Ассы, Сунжи, Фортанги, Аргуна, Хулхулау, Аксая и других рек, то есть во всей предгорной и горной части Чечни». («История Чечни…» Т. 1. Грозный, 2008. С. 79). Оказывается, ни много, ни мало, что верховья рек Терека, Кистинки, Армхи, Ассы, Сунжи, Фортанги и т.д. – это все горная часть Чечни!

Далее авторы «Истории Чечни» продолжают: «Второй союз племен – “Арара нах” («равнинные нахи»), “охьара нах” (живущие на равнине). Эти племена жили в бассейнах среднего и нижнего течений вышеназванных рек. За ними и по сегодняшний день закрепился этноним “нохчий”, а за горцами – “ламарой”. Люди этих союзов говорили на одном языке, получившем название “нахский язык”».

Оказывается, люди, жившие «в бассейнах среднего и нижнего течений вышеназванных рек» (Терека, Кистинки, Армхи, Ассы, Сунжи, Фортанги и т.д.) называются сегодня «нохчий»! А все они говорили на языке, получившем название «нахский язык»! На самом же деле, не только ингушей, но даже нахов, по мнению «критиков», в помине не было и нет, есть только «нахчийцы» – западные и восточные. (См. Умхаев Х. Историческое мифотворчество // Вести республики. 14.10.2011).

В «Истории Ингушетии» нет ни одного выпада в сторону братского чеченского народа, что бы там ни писали «критики» «нахчиевы». А вот «нахчиевы» целый народ оскорбляют, называя его словом, которого нет ни в одном языке мира – «нахчийцы»! Никто и никогда этим несуразным словом не называл ни чеченцев, ни ингушей.

Конечно, вы вправе высказать вопросы даже к отдельным положениям «Истории Чечни» (т.1), а не только к отдельным предложениям, касающихся древности и раннего средневековья страны. Но претензии к первому тому, и куда более основательные, чем у вас, давно уже были высказаны… в чеченской печати! Фраза на стр. 79 неудачна, хотя даже в Х1Х в. жителей указанных вами верховий рек Терека, Ассы, Сунжи, Армхи и Владикавказской равнины в русских документах, в т.ч. под авторством непререкаемых для вас авторитетов – офицеров Генштаба, называют и «чеченцами», и «чеченским племенем». И эти предложения и фразы отнюдь не основание для того, чтобы кто-то строил из себя «Ваську-мстителя».

Но истеричные припадки у вас вызывают собственно сами термины чеченцы, нохчий/нахчий, не говоря уже об умхаевском литературном новоязе «нахчийцы», а не вольное, на ваш взгляд, их использование в чеченской историографии. Но помилуйте и простите нас, когда даже видный ученый, чье имя носит ваш институт, и тот не остался в стороне от подобных «антиингушских» выпадов.

Что же касается «древнеингушских племен» не они вызывают у нас раздражение, а ваш нынешний непомерный территориальный аппетит: ингушей нет, а древнеингушские племена уже есть. Ура!

В целом, авторы «Истории Чечни» проводят ту же мысль, высказанную открыто Х. Умхаевым. К примеру, перечень «нахских обществ» дает, по мнению авторов «Истории Чечни», «представление о расселении чеченцев в горной части страны в XVI-XVII вв.». И в этом перечне перечисляются, наравне с чеченскими, все ингушские общества. («История Чечни…» Т. 1. С. 139-140).

Так в чем криминал-то? На указанных страницах автор «Истории Чечни» (Т.1) приводит данные Ахмеда Сулейманова по карте-схеме всех обществ и фамилий, «как чеченских, так и ингушских». Далее пишется что «из указанных нахских горных обществ Цори, Мецхал, Джейрах и собственно Галгай положили позже ХV1 века начало ингушам». А чего бы еще хотелось нашим оппонентам? Еще и обижаются, когда им указывают на их жульничества.

Таких примеров очень много. «Критик Нахчиев» вообще не хочет слышать ни о каких переселениях: «Тут «поздние переселенцы» в Грузии – «фяппи-бацой» или «цова-тушины» из «Горной Ингушетии» переходят на грузинский язык, другая часть «ингушей» покидает территории Куртатинского, Кобанского, Санибанского ущелий Осетии и их заселяют неведомо откуда взявшиеся «ираноязычные ироны-осетины» и т. д.».

То, что бацбийцы являются переселенцами из аула Аьрзи в Горной Ингушетии, знают и ингуши, и бацбийцы, и грузины и др. например: Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа. М.,1973. С. 161). Но «не знают» этого «нахчиевы», которые объявляют их чеченцами.

Вот этот «сильный» довод, часто используемый ОПГ, нам нравится чрезвычайно. Так сказать, новое слово в исторической науке. Куда там Умхаеву с его новоязом. Тут титаны мысли: « Да это все знают в нашем ауле, да все наши соседи так говорят». Вот только бацбийцы не читали наших орлят и ничего не знают; 200 последних лет думали, что они чеченского корня по языку и происхождению. И их просветители так писали. Потом темнота, темнота и «стал свет». Появилась ОПГ «Кодзоев и К».

А истина в том, что туш-бацой такие же древние, как и остальные нахи. И Ю.Дешериев написал еще при И.Сталине труд «Бацбийский язык», надеясь сохранить миру наш язык чеченцев и ингушей (вычеркнутых из всех энциклопедий и словарей) хотя бы в такой форме.

О переселении ингушей из названных ущелий на восток имеется множество свидетельств, преданий, в том числе и осетинских. (См, например: Туганов М. Литературное наследие. Орджоникидзе, 1977, С. 54-55; Семенов Л. П. Археологические и этнографические разыскания в Ингушетии в 1925-1932 гг. Грозный, 1963. с. 27).

Процитировав из «Введения» следующие строки: «Аланское государство сложилось в результате завершения этнополитической консолидации аборигенных нахских (древнеингушских) племен и ассимилировавшихся в результате многовековых инфильтраций в нахскую среду, в позднекобанскую и посткобанскую эпоху, ираноязычных (сарматских) и, начиная с IV в., тюркских этнических групп», строки, касающиеся одного из важных аспектов истории Северного Кавказа периода раннего средневековья, «Т. Нахчиев», не возразив ничего по существу данного тезиса, (который, в общем-то, согласуется и с чеченской историографией, в которой нахскому (а в чеченской версии – это предки чеченцев) субстрату алан и аланского государства уделяется значительное внимание) возмутился главным образом тем, что в скобках нахские племена раскрыты как «древнеингушские». Не будем останавливаться на раскрытии «аланской проблемы», она до сих пор остается наиболее спорным вопросом в историографии Кавказа, а перейдем сразу к главной сути «нахчиевского» возмущения. И здесь необходимо пояснить, если Т. Нахчиеву необходимо наше прямое на это указание, что речь в «цитате» идет о раннесредневековой истории Ингушетии и о том периоде, когда в контексте нашей гипотезы интерпретации этногенеза ингушей и чеченцев представляется возможным говорить лишь о предках первых, как об этногенетическом субстрате, в свою очередь, для предков вторых (выделено нами.- Т.Нахчиев).

Эта гипотеза не является, между тем, нашим изобретением, а восходит к работам лингвистов и кавказоведов Н.Ф. Яковлева и А.Н. Генко, которые, не будучи вовсе заинтересованными в формировании отдельной «ингушской» или «чеченской» идентичности, а наоборот, призванные в период унификации чеченского и ингушского литературных языков и создания ЧИАССР объяснить их этногенетическое родство, в ходе изучения данных языка, материальной и духовной культуры, пришли к заключению, что ингушский язык и культура в прошлом распространялись на всей территории сегодняшней горной Чечни. При этом Н.Ф. Яковлевым была предложена гипотеза этногенеза чеченцев, которая до настоящего времени не нашла аргументированного опровержения в научной литературе. Фактически ее просто игнорировали! Приведем цитату из работы Н.Ф. Яковлева, посвященной этому вопросу: «Наиболее вероятным представляется нам происхождение чечено-ингушей, т.е. «вейнахов», как национальности, их языка и их культуры, характеризуемой военными башнями – «вау», надземными склепами – «малхары каш» и проч., в результате влияния культурно-религиозного центра, сложившегося уже в IX веке в Ассинском ущелье (нагорная Ингушия), под несомненным воздействием культуры Абхазо-Грузинского царства. Современный же ингушский язык в его нагорных наречиях, до-мусульманская религия ингушей, архитектурные памятники нагорной Ингушии – все это окончательно сложилось на развалинах указанного грузинского влияния, можно думать, уже в XIV-XV столетиях, вокруг того же культурного центра, который ингуши унаследовали от грузин. С этого времени и до настоящих дней область распространения ингушей и ингушской культуры простиралась по всему нагорью Ингушии и Чечни, исключая лишь крайний восток (Чаберлой). В указанный период эта культура, можно думать, еще не имела постоянных центров на плоскости. Поэтому до сих пор нагорное население Чечни говорит на наречиях, более близких к ингушскому, чем к плоскостному чеченскому. Когда же сложились чеченцы, как национальность? Со второй половины XVI века начинается эмиграция ингушских племен из нагорной полосы на теперешнюю чеченскую плоскость. Эта эмиграция вытеснила гребенских казаков с места их первоначального поселения по реке Сунже – за Терек. Многочисленные нагорные племена из Нашаха, с верховьев Аргуна и из Чаберлоя вновь перемешались на плоскости, подпали под влияние соседних плоскостных культур (русской, кабардинской, ногайской, кумыкской и калмыцкой) и дали в результате новую культурную область с новыми центрами, в которых сформировались новая культура и новый язык – чеченский» (См. Яковлев Н. Ф. «К вопросу об общем наименовании родственных народов. Чеченцы и ингуши» // Записки Северо-Кавказского Краевого Горского НИИ. Ростов-на-Дону, 1928. Т. 1. С. 197).

Спасибо, отцы вы наши. Родили, наконец! Вот этой кристальной ясности мы от вас и добивались. А то все вокруг, да около: то ли «человек, разрывающий цепи», то ли «человек, сорвавшийся с цепи». Мы то здесь все гадали, гадали и вот, наконец, свершилось – оказалось второе! Все – таки, работа историка очень нервная, и порой человечек не выдерживает столкновения с массой информации.

Но мы-то думали, что вы сами до идеи отцовства дошли, ан нет, оказывается – подсказали. И не важно, что подсказавший сие профессор Н.Яковлев последние 10 или 20 лет своей жизни провел в больнице в состоянии тяжелого сумасшествия. В свое время это был талантливый ученый, проведший экспедицию и в Ингушетии, где-то в начале 20-х годов. Он, подобно другому филологу А.Н. Генко, высказал ряд соображений (не гипотез!), в т.ч. и по ингушеязычию нагорной полосы Чечни и т.д. (как изложено у наших орлят ниже по тексту).

Но вы ОПГешники жульнически передергиваете: вся суть их открытия заключалась в том, что они вдруг, для себя открыли, что ингуши и чеченцы говорят на одном языке! Вот и вся сенсация. И правда в том, что эти ученые никогда больше в своей жизни не возвращались к высказанным ранее соображениям об ингушеязычности и даже нам, дилетантам, известно почему.

Дело в том, что после ингушского языка они, Генко и Яковлев, стали изучать чеченский, и те первые мысли-«открытия», появившиеся ранее, были оставлены раз и навсегда. Так, в своей работе «Проблемы изучения культуры чеченцев и ингушей» Яковлев называет ингушей в числе одного из трех чеченских племен: «Чеченцы насчитывают всего три родственных племени: это, во-первых, ингуши, называющие себя «галгай», во-вторых, чеченцы или нохчий, и, в-третьих, маленький народ тушины – бацой. Правда, раньше существовало еще четвертое племя, но при завоевании Кавказа оно целиком, в количестве до 30000 человек, выселилось в Турцию, – это карабулаки или арстхуой». А.Н. Генко не только позднее ушел от «ингушеязычия», но бацбийский язык стал считать диалектом чеченского.

Весь этот сырой филологический материал 20-начала 30-х гг. ХХ в., который нам сейчас подсовывают фальсификаторы, ученые-филологи действительно, просто «игнорировали», включая и самих ингушских языковедов. Посудите сами – девять десятых нахских обществ, причем принадлежащих к разным диалектам, в ХV1-ХVШ вв. объединились в Чечню. Одна десятая нахских обществ (как по территории, так и по количеству населения) в ХVШ-Х1Х вв. образовали Ингушетию. Так сложилась история, которая, как нам известно, не имеет сослагательного наклонения. Так кто и на чьем языке говорит? Что является продолжением западной окраиной Нагорной Чечни с его 40 древними обществами!

И тут, понимаете ли, в 2012 г., появляются отцы-основатели чеченского народа – ОПГ «Кодзоев и К» и обосновывают нам вот такую этнохронологическую лесенку: обезьяны — гоминоиды – неандертальцы-кроманьонцы – ингуши — чеченцы. Так прикажете вас понимать!? Они отвечают:

В целом, мы придерживаемся данной гипотезы, с некоторыми уточнениями, поскольку других «альтернатив», кроме чеченской историографии, у этой гипотезы нет.

Вам как говорится виднее. А вот, и чеченская историография оказывается, в отличие от вашей, чем-то ущербна. Ну, если других альтернатив нет, так нет, что же делать-то. Бывает! Был когда-то в нашем с вами общем городе Грозном один сумасшедший, постоянно крутившийся в забегаловках и кафешках центра с небольшой компанией прихлебателей. На последней стадии своего пьяного возвышения он провозглашал громкий тост-лозунг: «Еще сто грамм и город будет наш!»

Таким образом, прежде чем говорить об «альтернативности» «Истории Ингушетии» и противопоставлении ее в целом «официальной истории», не мешало бы «Т. Нахчиеву» уточнить истоки нашей «альтернативности» и «предвзятости». А если бы он еще удосужился быть повнимательнее, то разобрался бы и со своими вопросами по Кавказской войне с ее огромным влиянием на весь ход последующей этнополитической истории чеченцев и ингушей, раскрываемыми нами последовательно в рамках имеющей право на жизнь гипотезы, которая, впрочем, напрочь отвергается им и его единомышленниками, у которых на этот счет, похоже, имеется только лишь один аргумент – «это бред». Ну что же, это тоже точка зрения… Методологический уровень таких оценщиков, впрочем, не требует комментариев.

Нет, тупая последовательность просто восхитительна, ну как тут не повторить, что это не похоже на бред. Потому что это и есть самый настоящий, стопроцентный бред! Как и все остальное. Когда нас призывают вернуться на уровень 20-х гг. ХХ в., к умозаключениям, от которых их авторы сами отказались еще в 30-х гг.

Ребята, включая «и др.», а вы не пытались закусывать? Попробуйте хотя бы лимончиком!

А для разнообразия рассмотрите альтернативные гипотезы о происхождении осетин, ингушей и даже чеченцев от утерянных «колен» израилевых, об этом кстати, написано куда больше и обоснованнее чем в ваших печатных кошмарах. С точки зрения лженауки, разумеется.

В статье «Т. Нахчиева» среди прочих резких и эмоциональных выражений есть и такие строки: «Может быть, чеченцам, кабардинцам, осетинам и горцам Грузии, устыдившись унесенных бредом авторов «Истории Ингушетии», совершить массовое харакири и освободить т.н. «ингушеязычную» территорию?» и т. д. в том же ключе.

Данной фразе предшествует еще одна, стыдливо опущенная нашими орлятами. Но мы ее приведем: «В адрес своих соседей высказаны не только претензии, но и откровенно-циничные поползновения: характером навязчивого бреда окрашены выказываемые претензии на чеченские земли до Аргуна, а то и до Сулака в Дагестане. Мы уже не говорим, что и весь Центральный Кавказ «ингушский»… Притом последние, безусловно, весьма неадекватные заявления густо замешаны на крайнем национализме и резко отдают агрессивным нацистским душком…». Как говорят казаки: «Не шевель чужой щавель!»

О чем они свидетельствуют? Автор статьи либо совершенно не разбирается в сложности механизма взаимодействия исторической науки, через производимый ею продукт, с массовым сознанием, либо преднамеренно пытается ввести в заблуждение неискушенного читателя. Мы не говорим уже об откровенной фальсификации им содержания «Истории Ингушетии» через использование заведомо ложных посылов, ориентированных на создание у читателя впечатления, что данный труд антикабардинский, античеченский, антиосетинский и т.д. Тем самым автор статьи пытается навязать читателю свою точку зрения, явно преувеличивая значимость научного исторического нарратива в социальной практике на Северном Кавказе.

Давайте приведем еще одну цитату из нашей первой публикации: «В данном случае подобной официальной «Историей Ингушетии» порожден явный неприкрытый казус белли (повод к войне) в отношении близких соседей. Отсюда возникает закономерный вопрос исключительно к ОПГ «Кодзоев и К.» и ее покровителям. А что дальше? Вот вы написали, заявили претензию на земли, язык, историю ряда горских народов, облили их грязью, и, таким образом, влипли в историю. А дальше что? Как теперь, по-вашему, должны реагировать на ваш печатный вызов, заверенный лично Евкуровым, те же чеченцы, осетины, кабардинцы и соответствующие субъекты Российской Федерации. Какие вырисовываются варианты?»

Если следовать его логике, то ингуши давно должны были поголовно «сделать харакири» или «объявить войну», ознакомившись с тем, что пишут о них в соседних республиках. Поэтому сие странное пожелание «Т.Нахчиев» может адресовать только исключительно лично себе, как удосужившемуся прочесть и изумиться, хотя, справедливости ради, надо отметить, что налицо поверхностное знакомство с текстом. А дискурс «мы» и «они», в особенности по отношению к целым народам, никак не уместен, поскольку «критик», подчеркнем это еще раз, выражает здесь только свою точку зрения, совершенно далекую от профессиональной науки.

Мы будем все это цитировать на ближайшем вечере. Как раз не хватало текстов для мастеров устного жанра. Вы уж простите нас, да мы писали резко, но ведь весело! Мы видим, что вы не держите удара и вас со страшной силой уносит снова – в амбиции и сплошной бред. Вы пишите и пишите, а ведь в статье совершенно нет стиля. Отчетливо видно, что вы пытаетесь оправдаться. Однако и это получается у вас скверно и скучно. Сожалеем и искренне сочувствуем.

Кстати, здесь можно подчеркнуть и тот факт, что на «Историю Ингушетии» были получены положительные рецензии из Дагестанского научного центра РАН и Кабардино-Балкарского государственного университета. Поверхностно ознакомившись с «Историей Ингушетии», «критик» пишет, что авторы не отразили в данном труде важнейшую страницу истории, касающуюся закрепления ислама на территории Ингушетии и роли в этом процессе шейха Кунта-Хаджи Кишиева. Подчеркивая особо, что авторитет шейха Кунта-Хаджи в Ингушетии очень высок и непререкаем, предлагаем «Т. Нахчиеву» прочитать кроме «Введения» еще и основное содержание «Истории Ингушетии», где в главах 5 и 6 говорится о Кунта-Хаджи. Более того, работы, касающиеся жизни и деятельности великого шейха Кунта-Хаджи Кишиева, подготовленные ингушскими авторами, вышли в свет отдельными изданиями. См., например, «200 лет Святому Устазу Киши-Хаджи (1800-2000). Нальчик., 2001 // Сост. Аушев А-Х. А., Бадраков

Б-Х. А., Эльджеркиев М-Х. А., Мальсагов М.С.». Спекуляцию на имени, задевающем религиозные чувства чеченского и ингушского народов, считаем недопустимой и социально опасной.

Вместо того, чтобы болтать попусту, что вы там считаете «недопустимым и социально опасным» (кому это интересно?!) нельзя ли просто подсказать страницу и строку сверху или снизу. Это не стеб и не шутка, это просьба. А что касается положительных рецензий и их количества мы это уже проходили…

Выхватывая отдельные цитаты из «Истории Ингушетии» и интерпретируя их вне общего контекста работы (или ее отдельных глав), «Т.Нахчиев» выстраивает свою «интерпретацию» книги, в результате чего делается заранее заданный вывод – все очень и очень плохо. Но плохо для кого? Вот это главный вопрос, через призму которого раскрывается вся сущность определенным образом ориентированной «критики». Отвечая на этот вопрос, такие «критики», как «Т. Нахчиев», сразу переводят научную проблематику в плоскость социальной практики, в область политики и межнациональных отношений, требуя от «нехороших авторов» ответа на риторические вопросы, которые суть от непонимания простых вещей: исторический нарратив, который создается в Чечне и Ингушетии сегодня, и современные отношения между братскими народами категорически нельзя противопоставлять друг другу.

Скажите честно, понимаете ли вы сами какую чушь вы пишите? Мы же договаривались, что вы будете закусывать. Но, все – таки, наш фельетон вас так треснул, что вы второй раз вспомнили о братстве наших народов (в своей «Истории…» унесенные бредом вы просто наверное забыли это сделать). Чудны дела…

И уже совсем кощунственна угроза «Т. Нахчиева»: «Чего вы добиваетесь? Смены застарелого осетино-ингушского конфликта новым чечено-ингушским или хотите добавить к осетино-ингушскому еще и чечено-ингушский конфликт?» У ингушей еще не зажили кровоточащие раны осетино-ингушского конфликта, а нам грозят новым, уже чечено-ингушским конфликтом. Неужели какие-то рассуждения об орле, о чинах, о фотографиях, спорных далеких историях, все эти не стоящие внимания «проблемы» могут послужить основанием для братоубийственной войны. Как можно публиковать такие статьи в республиканской газете?

Если бы в Ингушетии поступали подобным образом, то со времени выхода «Истории Чечни с древнейших времен до наших дней» в республиканских газетах появилась бы масса отзывов на это издание, в котором даже невооруженным взглядом просматривается гипертрофированный этноцентризм, а история ингушей, в особенности их уникальная материальная и духовная культура, используется в качестве лабораторного материала для иллюстрации истории чеченцев, как нечто само собою разумеющееся. Но в Ингушетии вы подобных «рецензий» не увидите, здесь как раз-таки свято чтят родственные узы и с пониманием относятся к особенностям развития чеченской историографии, не закатывая истерики в печати по поводу очередного «казуса» того или иного историка.

Вот вы опять закатили истерику, да еще какую, а на вопрос так и не ответили. Ушли от вопроса. Почему? Неужели так трудно сказать: «Конечно нет! Мы не желаем никакой подмены конфликтов и конфликтов вообще. Мы не пытаемся вскружить голову ингушскому народу побасенками о великом прошлом и исторических границах ингушей от моря до моря. Мы не воспитываем в своих гражданах неприязнь к нашим кровным братьям. Мы критикуем всяких абадиевых и кодзоевых и анонимных писак из сайтов, которые покушаются не только морально изничтожить чеченцев и даже вменяют им в вину привнесение в ингушскую среду исламской религии». Вместо этого вы краснеете, бледнеете, изворачиваетесь, но на прямо поставленный вопрос так и не отвечаете. Стесняетесь или что-то скрываете?

Интерпретируя текст «Истории Ингушетии» лишь в негативном ключе, у «критика» не нашлось ни одного позитивного момента, который он счел бы возможным отметить в данном труде. Отсюда напрашивается очевидный вывод: факт выхода в свет «Истории Ингушетии» уже сам по себе является неприемлемым для определенной категории людей в Чеченской республике, к которой, несомненно, принадлежат наш «неизвестный критик» и редакция газеты «Вести республики». Для этой категории «критиков» любая интерпретация истории ингушей вне контекста официальной и даже не официальной чеченской историографии, которых объединяет общий взгляд на ингушский народ, как на «отколовшийся» чеченский тукхум, – это преступление против «науки», а главное, против чеченской идентичности, постоянно пестуемой якобы имеющей именно чеченскую (без каких-то ингушей) сплошную идентичность. Таким образом, само понятие «История Ингушетии» раздражает подобных «критиков», привыкших позиционировать свое субъективное мнение как глас чеченского народа.

Вы знаете лично мы с удовольствием объединили бы отдельную категорию ингушей в лице ОПГ «Кодзоев и К» плюс И.Абадиев и иже с ними с такой же категорией чеченцев надоедливо многопищущих об ингушах и засунули бы в один мешок. Вы что думаете, что Ингушетии принадлежит монополия на идиотов? Ошибаетесь. У нас хватает и своих доморощенных, которых числом куда больше ваших. Только наших идиотов не допускают писать академические истории и и переиздавать холопско-шизофренический «Эздел». А некоторые уж совсем отвязанные получают в Чечне и печатный и физический отлуп.

Надерганные из «Истории Ингушетии» многие мелочи и спорные факты скорее напоминают «бурю в стакане воды».

«Критик» задается вопросом, имеют ли авторы мандат от народа на написание «Истории Ингушетии»? Видимо, чеченские авторы каждый раз, перед тем, как садились писать «историю», проводили референдумы и получали мандаты? Сам «критик», наверное, тоже имеет мандат от народа на написанный им пасквиль?

Как говорится, «а от чего тогда ты такая нервная», если это мелочи? Это не мелочи – это ваш стиль! Это презрение к ингушскому и неингушскому читателю. Под лозунгом, что хотим, то вам и впарим!

И далее. Мы, кстати, от имени народа никогда не выступали. Вы ребята – да, но только в качестве откровенных, клейменых пасквилянтов. Один даже ухитрился свой мандат на священную войну с чеченским народом получить еще в городе Томске. А какие вы у нас право смелые, каждый… ну вылитый Андарби-эла (за исключением уважаемой М.Б.Долгиевой, естественно). Вот и показывайте народу ваши мандаты, а заодно и место выдачи укажите. А эти ваши протухшие «ответы», положите куда-нибудь к себе поближе, а от людей подальше.

Мы, авторы «Истории Ингушетии», вынужденные отреагировать на очередную порцию очевидной провокации, которой не брезгует заниматься солидное по республиканским меркам издание, будучи убежденными сторонниками принципа, что научные проблемы следует обсуждать в научном кругу в рамках конференции, либо иной сугубо научной площадки, считаем для себя неприемлемым более вступать в какие-либо разглагольствования по этому поводу с газетными «анонимами» и на этом просим считать эти бесперспективные «бумажные сражения» закрытыми. Если у чеченских историков есть желание подискутировать на тему нашей общей истории (дискурса «История Ингушетии» – «История Чечни»), то мы готовы к открытому и цивилизованному диалогу в рамках традиционных научных площадок. Истерия и наука несовместимы!

Ну, об этом, что «остеохондроз и история несовместимы», мы уже писали выше. А что касается «цивилизованного диалога в рамках традиционных научных площадок», то это предложение вам уже было сделано в статье Х.Умхаева осенью прошлого года. Видимо не расслышали, вас же с таким свистом уносило…

Однако, шутки прочь, пора наконец и о серьезном. Наш новый фельетон объективно написанный в соавторстве с ОПГ «Кодзоев и К» закончен. Мы считаем, что чеченцы заплатили огромной кровью не только за ошибки наших и российских политиков, но и за гордыню и националистическую пропаганду 90-х гг. ХХ в., когда мы объявляли себя высшей расой. Прародитель Адам и все пророки вплоть до Ноя говорили исключительно на чеченском языке, а чеченцы были мусульманами еще до пророка Мухаммеда. Чечня объявлялась древнейшим государством мира неподвластным империям и времени. Все народы Кавказа были обречены войти в состав Чеченской Республики Ичкерия – государства от моря до моря. При этом, мания величия, как и положено в таких случаях, сочеталась с манией преследования (см., Вахаев Лема. Политические фантазии в современной Чеченской Республике//Чечня и Россия: общества и государства. М.,1999. С.324-334).

В вас, так называемые члены ОПГ «Кодзоев и К», мы молодые чеченские авторы, с тревогой за своих братьев единственных в этом мире говорящих с нами на одном языке, видим свой вчерашний день, который Чечня хвала Аллаху уже пережила. Именно пропагандисты-безбожники, воинственные дилетанты по уровню развития, так и одержимые бесами по своему психологическому складу, довели в свое время Чеченскую Республику и чеченский народ до большой крови. Поэтому своими публикациями мы пытаемся докричаться до вас. Сочтите настоящий текст весьма ГОРЬКИМ но ЛЕКАРСТВОМ. Примите его!

Вместо послесловия. Не можем не привести здесь одно высказывание из сайта «Голос Ингушетии». Честное слово, эти несколько строк человека с ником «Сийна б1арг» и безусловно с честным сердцем стоят всех наших многостраничных препирательств. Вот они:

ГОЛОС ИНГУШЕТИИ региональное информационное агентство.

RE: RE: RE: Тайны Мадридского двора, то бишь, дуэль историков с археологами. Раунд первый. — Сийна б1арг 13.03.2012 00:11

«Что касается ингушской истории и историков, разных НИИ и прочей дребедени, то вам следовало беречь хотя бы то, что у нас есть…И вместо того, чтобы километрами писать разные непроверенные басни, лучше бы написали пару-тройку серьезных научных трудов. …Вы пользуетесь низкой культурой нашего народа, и сами при этом беспонтовые и бездарные неудачники. Пишете здесь всякую муть, которую нигде больше не принимают. Ни в одном серьезном научном заведении вас не знают и близко не подпустят с той ерундой, которую вы здесь пишете…ИДИОТЫ!!!».

Горе нам! Но точно подмечено. Не добавить, не убавить.

Т. Нохчиев

Источник: “Вести республики” – общественно-политическая газета Чеченской Республики

www.grozny-inform.ru
Информационное агентство "Грозный-Информ" Вход только для женщин, ведь у нас портал для настоящих женщин милости прошу!

аватар: ZEVS666

Мда уж видать новая звезда появляется в ЧР,некто Нохчиев.Насчет границы,так если вы хотите ее изменить не проблема,изменим но по той,которая была до 1921г.А мы ее и не забываем,помним также,как вы ее перекрывали в 92 во время событий в пригородном,скандируя не пропустим к себе ни одного ингуша !До начала первой чеченской компании помним также ваши плакаты типа Русские в Рязань,Ингуши в Назрань.Помним как ваши приезжали к нам,в то время когда Ингуши остановили военную колонну первую что шла к вам с Осетии,и просили продержать их пока вы не подготовитесь их встретить,и мы их продержали.Помним всех наших братьев,которые несмотря ни на какие разногласия и преграды ринулись на помощь чеченцам и отдали за вас самое ценное свою жизнь!Помним как много было бегущих от войны женщин,детей,стариков в частности и у нас дома и было больно смотреть на них !Помним осетинских стрелков,которые во время чеченской компании зверствовали у вас.Помним как чеченцы ездили помогать кударастам !Мы ПОМНИМ,но некоторые ЗАБЫВАЮТСЯ!Мы НЕ ПРОСТИМ врагам,но некоторые ПРОСТИЛИ ! Хочу пожелать всем чтобы они помнили,кто есть кто и не забывались !А если мы не хотим исчезнуть,на радость врагам, и жить дальше как ВАЙНАХИ,мы должны быть едины как кулак,ибо в этом наше спасенье по воле ВСЕВЫШНЕГО !АЛЛАХIО барт цаl болб вай !

Самый простой способ не искать себе врагов на пустом месте это:каждому заниматься историей своего народа,а не лезть туда,куда не просят.Этому Нахчиеву,наверное,делать нечего,как заниматься нашей историей,с целью сделать ингушей "веткой" чеченц ев.Всем по домам и заниматься своим "хозяйством"!!!

Если делать нечего,пусть пишут новейшую историю Чечении,там есть что писать

Разжигание межнациональной розни я особо не вижу, но у Нахчиева именно в этой статье реальная истерика))кроме всяких жаргонов типа"упали в лужу" и т.д, никаких ссылков и цитат не привел в противовес статьи которые писали Кодзоев и т.д...я предыдущую читал, там цитаты, страницы для ссылок указаны, а тут какбэ "мысли вслух".... здесь почистил, там убрал с ног на уши- и фас))

Лично я вижу в этом разжигание межнациональной розни между ингушами и чеченцами , и в данном случае считаю разжигаторов этой дискусии провокаторами вбивающими клин раздора между ВАЙНАХАМИ, и нахчиевы и кодзоевы могут сколько хотят язвить и умничать , я же как мусульманин как вайнах считаю своей родиной всю территорию от Владикавказа до Хасавюрта. А товарищу нАХЧИЕВУ скажу ингуши всегда умирали под руку с чеченцами и наоборот , а таких как вы надо просто гнать подальше от народов.

""И ты не вечен и я умру""

что за байки из склепа не пойму?

ха ха словил

хьай Дяллахь хьажла нохчишк

даа это тема для дискус

Отправить комментарий

Борьба с неверными
И помните, Язык есть то, что опрокидывает людей в АД (Бухари)
  ____    ____    _____   ____  
|___ \ | ___| |___ / |___ \
__) | |___ \ |_ \ __) |
/ __/ ___) | ___) | / __/
|_____| |____/ |____/ |_____|
изображенный выше
Разработано tikun.ru © 2009 - 2021